Рейтинг@Mail.ru

Роза Мира и новое религиозное сознание

Воздушный Замок

Культурный поиск




Поиск по всем сайтам портала

Библиотека и фонотека

Воздушного Замка

Навигация по подшивке

Категории

Поиск в Замке

Варэнички

Автор: Категория: Художественная проза Литература

 

Сергей Сычёв в Сборной Воздушного Замка

 


Сергей Сычёв

«Варэнички»

 

Поехал как-то казак Панько в город на ярмарку. Дела справил удачно, с наваром хорошим остался. Всему семейству подарков накупил. Никого не забыл. Себе же дудочку у заезжего кобзаря на три фунта душистого табака выменял. Уж больно звук той дудочки ему по душе пришёлся.

Вернулся казак в станицу, подарки наскоро домашним раздал, взял  в руки дудочку и с той самой минуты покой потерял.  Ест без удовольствия, спит одним глазом, вино пьёт и то нехотя. От табака самосадного, своими руками любовно выращенного, нос воротит. Хозяйство забросил. На жинку не посмотрит. Ходит от плетня к плетню с дудочкой в обнимку, дует в неё усердно, думу думает, вдаль смотрит, молчит.

Зашёл к нему как-то на свет да на звук незнакомый, кум Ничипор. Зашёл, и видит такую картину – сидит посередь кухни в одних портах да исподней рубахе кум Панько, дует старательно в невиданную в этих краях доселе дудку, звуком жалостливым да видом своим унылым мух от опары отгоняет.

– Здоров ли, куме Панько? – Приветствовал хозяина гость.

– И тебе по-здорову бывать, кум Ничипор. – Ответил тот, нехотя отложив своё занятие.

– Чую, звук нездешний воздух над вишнями у кумовой хаты колышет. Дай, думаю, зайду, утолю любопытство.

– Вот! Лихоманка её забери! – Пожаловался Панько на дудочку. – Какой день пытаю, чтобы «Варэнички» мне сыграла, а она ни в какую.

– Та може ты не в ту дырку, куме, дудишь?

– Та в ту дудю, куме, в ту!  Мне кобзарь на ярмарке показывал.

– Може грабли свои не так щеперишь? – С великой серьезностью спросил Ничипор.

– Може и не так. – Вздохнул Панько, досадливо взглянув на свои руки. – Про то я не сообразил у кобзаря расспросить.

– Тогда надо спросить того, кто знает.

– Та где ж ему взяться в наших камышах? Кобзаря того и след давно, поди, простыл. Ищи его с обеда в туретчине али в персах.

– И то верно. – Сдвинул шапку на лоб кум Ничипор. – Надо ехать.

– Куда?! – Удивился Панько.

– Как куда? Туда, где люди охочи до таких вот выдумок и больше нашего в них толк имеют.

– Та то ж в Гирляндии!!! – Замер от изумления Панько. – Кобзарь про то хвастал.

– А шо, думаешь, в Гирляндии твоей не люди живут? «Варэничики», по-твоему, не знают, да?

– Та знают, поди… як же ж не знать. – Смутился Панько. – Сказывал кобзарь, христианский народ те гирляндцы тож. Должны знать, раз так. Не могут не знать! – уже увереннее закончил он.

– То-то и оно, куме! Сбирайся! И дрючок свой с дырками не забудь, прихвати. Как бишь его?..

– Свистл1 .

________________________________________

1  Вистл (висл) (whistle  - свисток, tinwhistle – жестяной свисток) (англ.) – чаще всего короткая продольная флейта группы свистковых духовых инструментов, нехроматический народный музыкальный инструмент  в Ирландии, Англии и некоторых других странах. Общепринятое название ведётся от начала изготовления в 1843 году в Англии Робертом Кларком инструментов из белой листовой жести, ставших классическим образцом вистла (тинвистла).

 

 

 

                                                                 

* * *

…Доехали ли кумовья до Ирландии, отыскали ли то, что хотели, про то ни в летописях, ни в поминальных свитках ни слова не сказано. Однако же помнят деды, что проезжая как-то те места и услыхав от казаков своего конвоя название станицы, следовавший по высочайшему соизволению в Тифлис наместник государя-императора генерал-губернатор Закавказья граф Н. велел остановить коляску, вышел из неё, окинул сановным взором представшую ему станицу, подкрутил ус и, усмехнувшись, произнёс всего лишь одну фразу:

– Х-хех!! Варэнички!.. Свистл тебе со сметаной в самое ухо!

Смысл этой фразы никто из окружения графа, конечно, не понял. Но с тех пор повелось у станицы другое, взамен старому, которое уже никто и не вспомнит, название, такое же заковыристое и малопонятное, как и название большинства кубанских станиц – Свистлосметановуховская.

А ещё, говорят, вернулся в ту станицу по серьезному ранению и сильной контузии в самый разгар империалистической войны казак с германского фронта. Из трезвого из него – слова не вытянешь, такой уж молчун уродился. Но стоит только казаку махнуть чарку-другую, так тут же плечи расправит, взгляд от пола подымет, зубы языком обведёт, проверяя разговорный аппарат на исправность, и давай всем божиться, дескать, видел он в последнем бою своём, как союзные нам британцы на неприятеля под звуки волынок и дудок шли.

– А выводили те волынки – «Варэнички»! Вот те хрест!..

И уж совсем захмелев, клялся казак, что видел среди волынщиков  и дударей сосредоточенное лицо Панька да бесшабашную улыбку Ничипора. Но только никто не верил ему. Мало ли что контуженному со страху привидится…