Дерево и камень как средовые истоки глубины исторической памяти | Библиотека и фонотека Воздушного Замка – читать или скачать

Роза Мира и новое религиозное сознание

Поиск по всем сайтам портала

Библиотека и фонотека

Воздушного Замка

Дерево и камень как средовые истоки глубины исторической памяти

Автор: 
Файл: 
Скачать статью одним файлом

Обсудить с автором в интерактивной теме
Андрей Комаров в Сборной Воздушного Замка

 

УДК 008, 930.85, 903.03, 903.07

ГРНТИ 03.29, 03.23

Текст прислан автором лично для публикации на портале Воздушный Замок.

 

Дерево и камень как средовые истоки глубины исторической памяти

Комаров Андрей Анатольевич

Озерский технологический институт НИЯУ МИФИ
Озёрск, Челябинская область

 

В статье сравниваются два фундаментальных для формирования человеческих цивилизаций материала: дерево и камень. Выявляются особенности, которые накладывает использование этих материалов на ментальность народов России и Европы, в том числе, на глубину исторической памяти, сохранение преемственности культурных традиций.

Ключевые слова: деревянное зодчество, каменное строительство, нулевая изотерма, культурная преемственность, родовая память.

 

Wood and stone as environmentable sources of the depth of historical memory

Komarov A.A.

OTI NRNU MEPhI, Ozersk

 

The article compares two materials fundamental to the formation of human civilizations: wood and stone. The features that impose the use of these materials on the mentality of the peoples of Russia and Europe are revealed, including the depth of historical memory, the preservation of the continuity of cultural traditions.

Key words: wooden architecture, stone building, zero isotherm, cultural continuity, patrimonial memory.

 

Важнейшим элементом русской цивилизации, сыгравшим роль в формировании ментальности народа, явилось дерево – в отличие от других цивилизаций, в которых ментальнообразующим элементом был по преимуществу камень. Жильё, которое определяет условия жизни человека, в цивилизациях, расположенных за пределами «нулевой изотермы» [4] – от древнеегипетской до европейской, – строилось из камня, а на Руси – из дерева. Дороги, определяющие условия и возможности коммуникации между людьми, везде мостились из камня, а на Руси устраивались деревянные лежнёвки.

Каменное строительство жилья и дорог было возможно на территориях, сохранявших неизменность рельефа поверхности земли, т.е. там, где нет замерзания почвы. При её замерзании, что характерно для российских условий, из-за расширения воды, превратившейся в лёд, происходит смещение всех конструкций, расположенных на земле; при оттаивании смещение идёт обратно. Так как замерзание – явление сезонное и происходит ежегодно, то ежегодно все строения и дороги смещаются со своих мест и подвергаются при этом дополнительным разрушающим нагрузкам. Из такой технической науки, как «Сопротивление материалов», известно, что переменные нагрузки многократно ускоряют разрушение конструкций. Кроме того, в период оттаивания почвы происходит её размягчение, и строения, расположенные на ней, погружаются в землю. Таким образом каждый год каждая конструкция немного «утопает» в землю. Известен выход из этого положения – под каждым строением должен быть фундамент, а под каждой дорогой должна быть «подушка», превышающие глубину промерзания почвы. При этом меньшая глубина ослабит, но не устранит разрушительные процессы. На большей площади освоенных территорий России глубина промерзания составляет 1,5-2 метра.

В странах, расположенных за пределами «нулевой изотермы», почвы не промерзают, поэтому каменные строения и дороги, построенные однажды, могут служить сколь угодно долго. Поэтому цивилизации в условиях каменного строительства могут развиваться по принципу приращения: построили одни дома и дороги, потом – следующие, потом пристроили и так далее в течение столетий. Сегодня мы видим развитую инфраструктуру в Европе, созданную за две тысячи лет. Так, знаменитая Аппиева дорога под Римом, по камням которой ещё в I в. до н.э. шли колонны восставших рабов во главе со Спартаком, а сейчас по этим же камням ходят туристы. Итальянцы считают всё построенное позднее 1500 г. новоделом. А, например, англичане из повести Джерома К. Джерома «Трое на четырёх колёсах» [1, с. 305.], путешествуя на велосипедах по Германии, обнаруживают, что на каждой квадратной миле этой страны, включая самые заповедные и дремучие, по европейским меркам, леса и горы, обязательно есть ресторан. Это в конце XIX в.! Действительно, к самым маленьким селениям, к самым глухим деревенькам, к каждому хутору уже ведут дороги, уложенные из гранитной брусчатки 100-500 и более лет назад.

Интересно в этом плане посмотреть историю мирового мостостроения. Мост – важнейший элемент инфраструктуры, позволяющий обеспечить сообщение через естественные природные препятствия (реки в равнинной местности, ущелья и пропасти в гористой), т.е. существенный элемент дорожной сети. Вот некоторые примеры каменных мостов, построенных в разные времена в разных культурах и цивилизациях и функционирующие до настоящего времени: 1. Мост Терр-Степс (Англия, на реке Барл) – примитивная конструкция: каменные плиты, уложенные через реку, считается старейшим мостом на Земле, некоторые исследователи относят его строительство примерно к 3000 г. до н.э. По текущему состоянию вполне выдержит и ещё пять тысяч лет, если наплыв туристов не сотрёт его своими подошвами раньше. 2. Мост Аркадико (Греция) – старейший из сохранившихся арочных мостов – т.е. мост весьма сложной конструкции, построен примерно в 1300 г. до н.э. 3. Мост Фабрицио (Рим) – построен в 62 г. до н.э. и практически не подлежал ремонту в течение двух тысяч лет. 4. Мост Святого Ангела (Рим) – построен в 134 – 139 г.г., пешеходный через р. Тибр, облицован мрамором. 5. Мост Джендере (древнеримский мост на юго-востоке Турции), длиной 120 м, построен римлянами во II в. до н.э. 6. Мост Аньцзы (Китай) построен в 605 г. 7. Понте Веккьо (Флоренция) построен в 1345 г., сохранил свой первоначальный облик до наших дней. 8. Знаменитый Карлов мост в Праге построен в 1357 г. 9. Мост Хаджу в Исфахане (Иран) – арочный каменный мост, пешеходный через р.Зайенде-Руд, построен в 1650 г. 10. Мост Шахара (Йемен) построен в XVII в. –пешеходный мост над ущельем [2]. Всё перечисленное – районы с положительной изотермой января, поэтому многие из этих мостов, пережив крупные единичные наводнения, никогда не сталкивались с обыкновенным ежегодным весенним ледоходом.

А что же в России? Любой из ранее перечисленных мостов, будучи построенным у нас, не выдержал бы не то что века и тысячелетия, а и нескольких десятков лет. Как выдержать ежегодные колебания длины моста из-за температурных перепадов (зима – съёжился, лето – вытянулся)? Как выдержать чудовищный напор льдов при замерзании рек зимой и при половодье весной? Не было ещё таких знаний, умений, технологий, позволяющих возводить мосты, выдерживающие эти нагрузки. Поэтому строительство мостов, предпринятое при Петре I при основании новой столицы, базировалось на деревянных наплывных конструкциях, ежегодно сносимых паводком. А ведь он увидел в Европе отстроенные системы каменных мостов, которые и сейчас обеспечивают жизнеспособность таких городов, как Рим, Париж, Лондон, Венеция, Прага, Будапешт, Роттердам и др. Первый в России каменный мост, сохранившийся до настоящего времени – это мост через узкий проток у Петропавловской крепости в Санкт-Петербурге, который был построен уже после смерти императора в 1738 г.! В Москве самый старый каменный мост, сохранившийся до настоящего времени, – Дворцовый (сегодня он называется Лефортовский) был построен через Яузу в 1777-1781 годах. К началу XIX в. каменные мосты появились в Тамбове, Вологде, Рязани и Калуге. И только в середине XIX века в Петербурге был возведён крупный мост через Неву – Благовещенский (1843-1850 г.г.).

Начало отечественного мостостроения совпадает с началом становления отечественной науки и инженерии (создание Петром I Академии Наук, деятельность М.В. Ломоносова), так как европейский опыт нужно было серьёзно переработать и адаптировать к нашим условиям. А спустя двести лет в Киеве (СССР) через Днепр был построен первый в мире цельносварной мост – абсолютно новое слово в мостостроительных технологиях, на основе трудов отечественной школы сварки академика Б.Е. Патона.

Каменная культура формировала менталитет, чертами которого были расчётливость и глубокая историческая память. Расчётливость базируется на устойчивости существования, обеспечиваемой долговечным материалом, и возможности прогнозирования (планирования) долгосрочных перспектив.

Глубокая историческая память основывается на зримых, постоянно используемых объектах, построенных поколениями предков: вот этот домик возведён в таких веках и годах такими-то предками, этот этаж надстроен тогда-то такими-то прародителями, а вот последнюю дорожку в самый дальний угол сада замостили брусчаткой всего сто лет назад; теперь и я могу внести свой вклад и провести, например, реконструкцию усадьбы в связи с изменившимися условиями жизни и современными требованиями комфортного проживания. Любое городское или сельское кладбище стоит на своём месте чуть не с основания этого населённого пункта, и каменные плиты наглядно иллюстрируют родословное древо, уходящее в века. В каждом храме хранятся книги с записями «актов гражданского состояния» за сотни лет существования этого прихода. Так что на каждом шагу тебя окружает история твоего рода, твоего места. В Праге, в районе Староместской площади есть рынок, который функционирует с XII века, и выложен брусчаткой того же времени. Можно сказать, что к XIX веку благодаря каменной культуре в основном сложился облик современной Европы со всей её городской и сельской инфраструктурой. Дальнейшее её развитие происходит за счёт внедрения новых и новейших технологий, то есть происходит «приращение» общественного богатства.

Возникновение каменного зодчества на Руси относится к X в. – времени формирования и расцвета древнерусского государства. Особенно активно каменное строительство распространяется с XI века, после крещения Руси. Первые каменно-кирпичные здания на Руси были возведены в Киеве в 90-х годах X в. Сначала этот процесс шел очень медленно, но в последующие столетия он заметно ускорялся. Города оставались деревянными, каменными строятся церкви и дворцы, и только с XVII века – богатые жилые дома. С XIV века из камня начинают возводиться и оборонительные стены городов. Самые ранние монументальные сооружения относятся к эпохе Киевской Руси, за ними следуют замечательные памятники архитектуры Владимира, Суздаля, Новгорода и Пскова и, наконец, величавые соборы и дворцовые комплексы Москвы [3]. Но это строительство в силу исключительной сложности и дороговизны, диктуемой природными условиями, имело точечный характер: строительство велось или «всем миром» (церкви, соборы), или за счёт личного богатства (особняки, поместья богатых купцов и дворян), или за счёт власти (строительство Санкт-Петербурга).

Русская же деревня (а именно она определяла облик и психологию народа, так как до начала 60-х гг. XX в. сельское население в нашей стране преобладало: по переписи населения 1897 г. – 85% крестьян, по переписи 1939 г. – 69%, по переписи 1959 г. – 48%) массово жила в деревянных избах с просёлочными дорогами, становившимися относительно непроходимыми и непроезжими в период весенних и осенних распутиц. До этого же времени и русские города в основном представляли собой такие же большие деревни. Так ещё в 60-х годах прошлого века в Иваново между центральными проспектами, построенными в 30-е годы, сохранялось место, в народе называвшееся «Ямы», – овражистый район с вросшими в землю избушками (подоконники находились на уровне земли, а края крыш были на уровне плеч взрослого человека) и немощёными улицами. Тогда же, в 60-е годы, в районе Лефортово (ныне чуть ли не центр Москвы) можно было встретить действующие водоразборные колонки, как в каком-нибудь райцентре с пятитысячным населением, куда ходили за водой с вёдрами жители только что построенных на месте снесённых избушек кирпичных домов. Кстати, уже в 1967 г. (год 50-летия Советской власти) именно этот район стал первым в Москве районом, все жители которого были расселены из бараков, чердаков и подвалов в цивилизованное жильё.

В небольших городках районного масштаба обычно было несколько каменных строений (иногда даже в несколько этажей), как правило, общественного назначения, и несколько мощёных булыжных улиц и площадей; в городах областного масштаба каменное строительство уже захватывало целые кварталы (как правило, в центре или в новых рабочих посёлках), а значительное число улиц уже были знакомы с асфальтом, но основная застройка ещё оставалась избяно-деревянной. А что это значит? Деревня стоит на одном месте сто-двести лет, и вот избы сгнивают, ближайшие леса со стройматериалом и топливом (дрова, коих требуется огромное количество на длинную русскую зиму) вырублены, небогатые почвы истощены, и деревня переходит на новое место, благо территории вокруг немерено… Новые избы, новое поле, новый погост…

Предыдущие поколения – поколения предков – уходят из обозримой памяти (старые погосты остаются далеко, зарастают травой и постепенно исчезают, зримого хозяйственно-материального приращения не происходит: от построенного двести-триста лет назад не остаётся и следа – всё уходит в землю). Не забываем, что каждый год весенняя распутица в буквальном смысле засасывает в землю то, что построено на её поверхности. Так, Господин Великий Новгород за свои тысячу с лишним лет существования несколько раз полностью погрузился в землю, о чём свидетельствуют исторические слои археологических раскопок (на поверхности остались только знаменитые соборы, стоящие на глубоких фундаментах). Если добавить сюда и частые пожары в деревянных селениях, уничтожавшие накопленные материальные богатства и артефакты культурного наследия, то станет понятно, что в таких условиях невозможно формирование глубокой исторической памяти.

Интенсивное расселение русского народа в течение столетий по обширнейшей территории тоже нарушало наследственную преемственность. Поэтому народная историческая память, зафиксированная в былинах, имеет очень расплывчатый фактологический характер, в отличие от весьма детальной фактологии компактных народов каменной культуры. Родовая память, как правило, у нас также неглубока (и неширока): родственников в троюродном-четвероюродном родстве мы знаем уже довольно слабо, считаем дальней роднёй. А, например, у Вальтера Скотта в романе «Роб Рой» описание средневекового шотландского клана говорит о том, что близкой роднёй считались родичи вплоть до восьмого колена (восьмиюродные), т.е. хорошо известны общие предки двухвековой давности. Исландские саги вообще зафиксировали подетальную и поимённую хронологию исландского народа, начиная с заселения Исландии в IX-X веках. Это значит, что практически каждый исландец может проследить свою родословную до X века, т.е. за тысячу лет.

Неглубокая историческая память периодически нас подводит. Теряя по истечении какого-то времени ощущения родового участия в исторических событиях и будучи погружены в проблемы сегодняшнего существования, мы начинаем воспринимать негативно предшествующий опыт (ведь от него же мы унаследовали те или иные проблемы!), как будто там жили и действовали не наши близкие и далёкие предки, а, как говорил герой фильма «Доживём до понедельника»: «В истории орудовала компания двоечников». У нас с большим трудом понимается, осмысливается исторический контекст действий наших предшественников; мы, плохо ощущая историю, пытаемся всё оценивать, исходя из сегодняшних представлений и реалий и, вместо учёта всех положительных и отрицательных сторон исторического опыта, начинаем активно бороться с наследием своих предков. К счастью, постепенно особое значение в нашей стране приобретает историческое образование, основанное на встроенности истории своего рода в историю страны. Личностно ощущая историю предков, мы сможем выстроить историю своего Отечества, историю народа как единый процесс, каждый этап которого связан неразрывными нитями с прошлым и будущим. Мы перестанем смотреть на свою историю как на череду неудач с отдельными успехами, и в полной мере ощутим великое свершение народа, сотворившего в самых сложных условиях развитую цивилизацию, высокую культуру и сильное государство, выстоявшее «на жестоких исторических ветрах» и не единожды спасавшее не только себя, но и другие государства и народы.

 

 

Библиографический список

 

1. Джером К. Джером. Трое в лодке, не считая собаки; Трое на четырёх колёсах: пер. с англ. – Челябинск: Дом печати, 1993. – 384 с.

2. Древние мосты, которые используются до сих пор / Информационный сайт Bugaga.ru – URL: https://bugaga.ru/interesting/1146753348-top-10-drevnie-mosty-kotorye-ispolzuyutsya-do-sih-por.html (дата обращения: 27.03.2020).

3. Древнерусское зодчество / Википедия – URL: https://ru.wikipedia.org/wiki/ (дата обращения: 27.03.2020).

4. Комаров А.А. Почему Россия – Россия // XVIII Всероссийская научно-практическая конференция «Дни науки – 2018». Том 2. Материалы конференции. – Озёрск: ОТИ НИЯУ МИФИ, 2018 – С. 105-108.