Корифей – животное полезное | Библиотека и фонотека Воздушного Замка – читать или скачать

Роза Мира и новое религиозное сознание

Поиск по всем сайтам портала

Библиотека и фонотека

Воздушного Замка

Корифей – животное полезное

Ранним сентябрьским утром, на восходе Солнца, отец Иван и Дмитрий осторожно спускались по Южному склону. Этот склон считался самым крутым на Холме. Почти весь спуск представлял собой сплошную лестницу из ступенек, вырезанных прямо в земле. Местами склон Холма становился почти отвесным, и тогда ступеньки переходили в навесную лестницу. В одном месте лестница была обвита вокруг могучего ствола огромного дерева.

На Южном склоне пышно цвели самые настоящие тропические джунгли. Это казалось невероятным, но и Дмитрий, и отец Иван испытывали внутреннее ощущение, будто бы незримо перенеслись в иную климатическую зону планеты. Однако они были все на том же Холме. И вершина Холма с величественными Серебряными Деревьями глядела им в спину.

 

 

Серебряные

 

 

Друзья не спеша пробирались под могучими, раскидистыми деревьями с крупными багровыми листьями. Вокруг них сплошным ковром росли папоротники, свисали лианы. На открытых местах виднелись мечевидные купы тропических сансевиерий. Попадались даже небольшие пальмы. И все это на почти отвесном склоне!

Через некоторое время спуск прекратился. Склон Холма перешел в небольшую выступающую вперед площадку, заканчивающуюся отвесным обрывом. Друзья огляделись. Они достигли места, которое называется (в приблизительном переводе с языка стражей на человеческий) «Птичий Трон».

Отец Иван поднес указательный палец к губам и выразительным жестом показал Дмитрию на край площадки. Дмитрий увидел Капитана. Он стоял к ним спиной, на самом краю обрыва, покачиваясь и расставив в разные стороны руки. В какой-то момент, друзья даже не поняли – в какой, Капитана на краю площадки не стало, он исчез. Отец Иван и Дмитрий кинулись к обрыву. Дмитрий посмотрел вниз и отшатнулся. Прямо под ними шла отвесная стена высотою, наверное, с девятиэтажный дом. Под стеной была широкая поляна с песчаными барханами. Поляна плавно вклинивалась в кустарник. Дальше начинался долгий и уже пологий спуск к причалу на реке.

Капитана внизу не было, Капитана не было нигде. Друзья смотрели вниз, пока мимо них не пролетела большая, красивая бабочка. И тоже куда-то исчезла. Друзья отошли к задней части площадки. Сели под роскошным кустом шарообразной формы на очень удобное сплетение ветвей и листьев, в форме кресел (кажется, это и был Птичий Трон). Отец Иван повернулся к Дмитрию, на его лице играла восторженная улыбка:

– Дима, дорогой, ты понял, у Капитана получилось! Он принял вторую форму, после древесной – он научился летать. Он породнился со стражами. И мы с тобой как бы случайно все это увидели. Но, друг мой, мы-то с тобой знаем, что никаких случайностей не бывает. У Капитана получилось! И мы тому свидетели!

Дмитрий молча кивнул и улыбнулся. Все было понятно и без слов. У самого Дмитрия пока получалось только с формой дерева. Отец Иван не освоил и этого – увы, душа деревьев ему не открылась. Зато батюшка побывал в Звездном Шатре народа Лэйи. Шатер как раз находился на южном склоне Холма, только почти на самой вершине, у Серебряных Деревьев. Отец Иван нашел с народом Лэйи общий язык! Кто бы мог подумать! А Дмитрий так и не побывал в Звездном Шатре… Впрочем, и отец Иван, и Дмитрий смотрели на такие расхождения «увлечений» спокойно. Что ж с того, что один любит звезды, а другой открыл в себе жизнь дерева. И то, и то части одного целого…

Друзья молча смотрели, как лучи восходящего солнца пронизывают склон Холма, ослепительно отражаются от полоски бегущей внизу реки и гаснут в пепельной пелене, над большим человеческим селением и морем, лежащим в пяти-семи километрах за селом. Увы, над обыденным земным миром по-прежнему висела тень Кургана.

Дмитрий и отец Иван собрались, было, продолжить свой путь дальше, как на площадке перед Птичьим Троном появился большой и важный кот. Он был темно-коричневого цвета со светло серыми полосками по бокам. Остановившись напротив замерших от удивления друзей, кот почти незаметным плавным движением поднялся на задние лапы. При этом одной из передних лап кот оперся об ствол небольшого деревца, а другой лапой важно пригладил усы. И сказал:

– Который час?

Дмитрий открыл рот (от изумления), но кот остановил его лапой:

– Можно не отвечать, – сказал он. – Я пошутил. Здравствуйте!

Кот вежливо склонил голову и продолжил:

– По долгу службы обязан доложить: Капитан благополучно достиг Другого Берега. И вам пора. Вас ждут на причале. Честь имею.

Кот махнул лапой, и прежде чем друзья успели что-либо сказать, быстро растворился в кустах.

– Что это было? – тихо проговорил отец Иван.

– Послание, – улыбнулся Дмитрий. – Говорящий кот.

Дмитрий вспомнил, как Капитан рассказывал о том, что на Холм, как раз на Южный склон, иногда приходят звери. Здесь, на Холме, они отдыхают от тягот жизни внизу, набираются мудрости и даже начинают говорить, но ведут себя очень и очень скрытно. Капитан также говорил, что на Южном склоне живут несколько стражей, они занимаются зверюшками – лечат их, разговаривают с ними. Еще звери охотно общаются с Рассаутом, это тот самый Серый, что уже десять лет живет с Отшельником. Иногда он здесь появляется.

– А помнишь, как ты у Игуменьи про зверей и птиц спрашивал? – откликнулся на мысли Дмитрия отец Иван.

– Да, помню. Игуменья сказала, что их мир связан с деревьями и бегущей водой. Что часть своего мира им подарили птицы с Другого Берега. Но птиц, живущих по эту сторону, они уже понимают меньше. Звери еще дальше от стражей, звери тут такие же гости, как и мы…

– И все-таки, – перебил Дмитрия отец Иван, – этот кот не просто кот. У меня чувство, что это не совсем кот… Э, ну, то есть, не из тех зверюшек, что на Холм к стражам погреться приходят. А какое-то особенное, служебное животное... Ха, как важно он усы подкрутил, – отец Иван захохотал.

– Кот прав, – сказал Дмитрий, вставая, – идем, нас ждут на причале.

Друзья покинули Птичий Трон и по боковой лестнице спустились к подножию Холма. Дальше шел пологий спуск к реке, к причалу. Тропинка углубилась в низкорослый кустарник и постепенно превратилась в ровную песчаную дорогу, плавно заворачивающую к юго-западу, к реке. Вскоре кусты расступились, и взору друзей открылась ровная полоса реки, уходящая на юг, к морю.

Друзья подошли к спуску, ведущему на причал. Снова начались ступеньки. На этот раз ступеньки были выложены полупрозрачным камнем чудесного изумрудного цвета. По бокам лестницы росли высокие деревья, с ровными, как колонны, стволами и пышными кронами. Кроны деревьев образовывали единый зеленый купол, что парил над лестницей в недосягаемой высоте.

Ступеньки кончились. Отец Иван и Дмитрий вышли на небольшую площадку. Площадка была покрыта такой же чудесной изумрудной плиткой, с голубовато-зеленоватым отливом, под цвет речной воды. Друзья молча смотрели на север. В северном направлении река делала плавный поворот к Холму. У самого поворота виднелся еще один причал – он был меньше и находился на другом берегу. Именно на этом причале, если верить рассказу Капитана и стражей (а не верить им не имеет смысла), и закончилось их первое путешествие к Другому Берегу, почти десять лет назад.

Из-за поворота реки медленно выплыла прекрасная белая ладья. Нос ладьи представлял собой искусно вырезанную голову огненной птицы. От головы к корме отходили огненные всполохи, так же искусно вырезанные. По бокам ладьи были нарисованы какие-то знаки, непонятные фигурки и звезды, собранные в созвездия. У чудесной ладьи не было ни паруса, ни мотора, ни весел, ни гребцов. Только одна Игуменья неподвижно сидела в середине ладьи. Она напоминала древнее, прекрасное изваяние. Казалось, будто ладья с Игуменьей явились сюда прямо из глубин давно ушедших тысячелетий, как древний прекрасный образ из глубин сознания. Игуменья была без своего «клобука». Длинные темно-русые волосы, с вплетением в них серебристых прядей, свободно струились по ее плечам.

Ладья плавно подошла к причалу и остановилась. Широким жестом рук Игуменья приветствовала отца Ивана и Дмитрия:

– Здравствуйте-здравствуйте, друзья-человеки, очень хорошо, что вы пришли. Сегодня утро десятого дня вашего пребывания у нас. И сегодня важный день у Капитана. Да и у вас тоже. Послезавтра Совет. Потом вы покинете Холм. Сегодня лучший день для разговора. Предлагаю совершить небольшое путешествие со мной, –Игуменья сделала плавное движение рукой в сторону ладьи.

Отец Иван и Дмитрий перебрались с причала в судно и тут увидели кота, который разговаривал с ними на Птичьем Троне. Кот лежал в удобном деревянном креслице, сбоку от хозяйки ладьи. Почувствовав на себе немые взгляды людей, кот поднял голову и важно сказал:

– Еще раз, здравствуйте. И не удивляйтесь. Я кот, животное служебное и полезное.

– Это Корифей, – с улыбкой сказала Игуменья, – мы отвезем его поближе к дому.

– Вы кот? – спросил Дмитрий, садясь в удобное кресло: он не сводил глаз с удивительного животного.

– А что вы перед собой видите? Разве я похож на бегемота? Или на мне лишние хвосты? – кот обиженно фыркнул.

– Не обижайтесь на Корифея, – сказала Игуменья, – он у нас такой. Даже я не все о нем знаю. Пришел когда-то к нам с Другого Берега. А теперь ходит, где хочет.

– Не где хочу, хозяйка, – возразил Корифей, – а исключительно по долгу службы. Исходя из этого же долга, будь он неладен, вынужден частично скрывать свою биографию… Все, молчу, простите, не хотел никого обидеть. Молчу как рыба…

Ладья Игуменьи без всяких внешних усилий плавно отчалила от причала и взяла курс на юг, к морю. Какое-то время все сидели погруженные в свои мысли. Отец Иван разглядывал ладью – в ней не было ничего примечательного: большая лодка, разве что с необычно задранным носом и изящной деревянной отделкой, удобными сиденьями и крохотной каютой на носу. Дмитрий пытался вспомнить свои ощущения от прошлого путешествия на ладье. Ничего толком не вспоминалось кроме ощущения, что ладья не плывет, а летит.

Молчание нарушила Игуменья:

– Пришельцы сожгли пристройку с Золотым Веретеном во дворе дома Капитана, – тихо сказала она, глядя задумчиво вдаль. – Это вы, наверное, слышали.

– Слышали, – ответил отец Иван. – Слышали, что Пестрый спас Золотое Веретено.

– Да, Веретено не сгорело, – ответила Игуменья и улыбнулась. – И дом Капитана не сгорел. Слава Пестрому и Отшельнику. Но главное не это, друзья. Главная новость: прямо у дома Капитана Отшельник нашел Серого, без чувств. И забрал его к себе, вокруг было полно пришельцев, Серый наверняка бы угодил в рабство. Но не в этом суть. У Серого была сумочка, и в этой сумочке Отшельник нашел Живоглаз. Понимаете?! Небольшой новорожденный Живоглаз, вот такой как у вас. Отшельник и все мы были поражены…

– А я предупреждал, – перебил Игуменью Корифей, – предупреждал, что что-то в этом роде будет. Иначе наши шансы против темных равны нулю.

– Да, Корифей, мы все помним это, – ласково сказала Игуменья и погладила кота по голове. – Ну, я продолжу: выяснилось, что это не простой Серый. Это тот самый Серый, что украл у Капитана Живоглаз. Волшебный кристалл, видимо, сильно повлиял на беднягу. Изменил его. Серый даже вспомнил утраченное имя его народа. И дальше что-то такое произошло, что Живоглаз подарил ему себя. Друзья, – радостно воскликнула Игуменья, – какой оборот дела, какой чудесный случай!

Игуменья тихо что-то пропела.

– Пришельцы трижды просчитались, – продолжила она. – Тот, кто должен был выкрасть Живоглаз для них, стал верным другом Живоглазу и всем нам. Это замечательный Серый. Его зовут Шимасса… Итак, и Веретено спасено, и Живоглаз стал дарить себя. И первым сделал свой дар тому, о ком меньше всего мы думали. А уж темные и подавно. В их глазах Шимасса – раб, даже более: он для них ничто. Да, в их глазах, ослепленных гордыней и ненавистью. Они хотели использовать отца Бориса как приманку. Они не поняли, что это нам не нужно.

– Бедный отец Борис, – тихо сказал отец Иван.

Игуменья посмотрела на отца Ивана проницательным и одновременно печальным взглядом.

– Я знаю, – сказала она, – Живоглаз открыл тебе внутреннюю суть отца Бориса. И ты увидел: сердцевина у него не гнилая. И не корыстные побуждения заставили его залезть в ловушку, а любовь. А вот кора у бедного служителя Кон-Аз-у совсем никуда не годится. Никакой защиты. И все от столь свойственного человекам рационального безверия. Материальная слепота. Бедный, он даже и близко не подозревает, в какую ловушку угодил. И если так дальше будет – впереди его ждет только гибель.

Игуменья вложила свою светло-коричневую невесомую руку в кряжистую ладонь отца Ивана:

– Ты хотел бы помочь ему, – тихо сказала она, – ведь вы деревья одного сада. Но будь осторожен. Не стоит недооценивать пришельцев.

– Темные не настолько глупы и нерасчетливы, как нам сейчас кажется, – продолжила Игуменья, после некоторого молчания. – Нет, просто они нас пока не воспринимают всерьез, как и Шимассу. В этом наша надежда и спасение. Темные верят в то, что полностью контролируют большой человеческий мир. Это не совсем так, но многие ядовитые ростки им удалось посадить среди человеков. Это то, что сейчас творится в вашей стране. То что видел Пестрый в вашей столице. И сам чуть не сгорел.

– Ваши человеческие элиты, – снова встрял Корифей, – особенно там, за океаном, давно на короткой ноге с некоторыми из пришельцев. На языке Кургана эти группы пришельцев, да не к ночи будь они помянуты, называются «псай» и «кщер». Псай – кошмарные создания с телом человека и головой собаки. Впрочем, больше всего преуспели в контроле за вашими элитами кщер. Мерзкие, ящероподобные твари. Но некоторые из них так маскируются, что порой почти не отличаются от человека. Вычислить таковых можно только по взгляду. Холодный рыбий взгляд, лишенный всякой теплоты… Все, молчу, это для справки.

– Какой мрак, – тихо проговорил Дмитрий, – а где же Силы Света? Где те, кого христиане зовут ангелами?

– Силы света никогда не оставляют человеков, – ответила Игуменья. – Как бы не был силен натиск тьмы. Но мы отвечаем за свой участок. И никто кроме нас о нем не позаботится.

Игуменья задумалась. Лицо ее было по-прежнему печальным, но в нем появилась прекрасная, светлая отрешенность.

– Казалось бы, что мы можем? Нас так мало, нас очень мало! Темные обо всем этом прекрасно осведомлены. Поэтому пока и не берут нас всерьёз в расчёт, хотя и вредят. Капитан свидетель тому, с какой ядовитой иронией Инспиратор говорил ему о нашем Союзе. Что же, пусть в этом нашем смирении будет наша величайшая надежда…

Пока Игуменья все это говорила, пропали берега реки. Вокруг ладьи появился сияющий белый туман. Чувствовался запах приближающегося моря. Дмитрий обернулся – Холм еще виден, в просвете. Но теперь было такое чувство, будто на Холм он смотрит откуда-то сверху, из очень большого отдаления. Ладья вошла в воды Верхнего Моря.

Дмитрий и отец Иван вдруг обнаружили, что легко общаются с Игуменьей и Корифеем мысленно. Мышление стало ясным, образным и очень быстрым. Рухнули последние барьеры и пришло полное понимание друг друга. И тут же возникло ощущение родства со стражами.

Игуменья рассказывала и показывала изумленному Дмитрию и отцу Ивану это древнее родство. Корифей дополнял Игуменью, он был словно неиссякаемый справочник.

Да, в том другом, допотопном мире, люди и стражи были похожи. В начале времен все казалось слитным и единым, все было частью души: реки, деревья, небо. (Дмитрий и отец Иван с изумлением созерцали яркие картины юного мира.) Но люди появились на Земле позже, чем стражи. И люди принесли с собой нечто, чего еще не было в мире. Люди казались более слабыми и непостоянными, они меньше стражей были связаны с силами Земли и поэтому с такой легкостью преобразовывали окружающий их мир. Стражи и другие волшебные создания хранили жизнь на Земле. (Капитан подобрал очень правильное слово – стражи.) Люди не были хранителями жизни, но они стали ее преобразователями. Стражи и другие волшебные существа восприняли это открытие с радостью, как новую ветвь Золотого Древа нашего Творца. Увы. Дар преобразователей стал впоследствии проклятием Земли. Но долгие века люди и волшебный народ жили мирно. Пока не пришла беда из Космоса. Это было похоже на падение огромного астероида. На миг все сотряслось от боли, гармония и простота юного мира как бы подернулась рябью. По миру прошла трещина. Так появились на Земле пришельцы…

Ладья остановилась. Отец Иван и Дмитрий молча сидели, потрясенные только что виденной картиной вторжения на Землю пришельцев.

– Ну вот, – тихо сказала Игуменья, – я и Корифей рассказали вам о том, как начинался наш общий путь. Всю остальную нашу историю вы узнаете до начала Совета.

– Узнаете-узнаете, – промурлыкал Корифей, вставая и потягиваясь. – Ну что, друзья, мне пора. Спасибо, досточтимая Игуменья, подвезли. Пока. И до новых встреч.

Корифей махнул лапой, прыгнул с ладьи в сияющий туман и исчез…

Ладья плавно поворачивая назад, к причалу. Поворачивая, ладья поднималась все выше и выше, пока не расступился туман и не показались в немыслимом отдалении хрустальные горы Другого Берега. После этого ладья полностью повернула и, войдя в туман, двинулась к дому.