Узнаваемый характер духа родонизма | Библиотека и фонотека Воздушного Замка – читать или скачать

Роза Мира и новое религиозное сознание

Поиск по всем сайтам портала

Библиотека и фонотека

Воздушного Замка

Узнаваемый характер духа родонизма

Автор: 
Категория: 

 

V-1

Узнаваемый характер духа родонизма;

независимость его реакций от людей.

 


На закате дней своих он убеждается ясно, что лишь советы великого страшного духа могли бы хоть сколько-нибудь устроить в сносном порядке малосильных бунтовщиков, «недоделанные пробные существа, созданные в насмешку». И вот, убедясь в этом, он видит, что надо идти по указанию умного духа, страшного духа смерти и разрушения, а для того принять ложь и обман и вести людей уже сознательно к смерти и разрушению, и притом обманывать их всю дорогу, чтоб они как-нибудь не заметили, куда их ведут, для того чтобы хоть в дороге-то жалкие эти слепцы считали себя счастливцами.

Ф.М. Достоевский

(Поэма о Великом инквизиторе)

 

 

Есть знаковые точки, по которым можно судить о принадлежности той или иной среды к тому или иному духовному организму. В среде родонизма могут стерпеть любое хамство, кроме одного – покушения на тайну рм-демона. Попробуйте коснуться главных, никогда не вербализуемых ловушек родонизма  – и вам не поздоровится, объединятся и «левые», и «правые».

Ранней весной 2012-го года в мистическом плане произошло одно значимое событие, описать его я не могу, доказательств у меня нет никаких. Суть этого события – тайное стало явным, пусть для единиц пока, но процесс теперь необратим. Родонизм и Роза Мира перестали быть смешаны в одной реальности, зёрна от плевел были отделены на духовном уровне. Одной из задач моей книги является дальнейшее и максимально чёткое – до резкости – разделение духа родонизма и духа Розы Мира. Эхом события отозвался в нашей действительности тот факт, что некоторые заметные фигуры в рм-поле усомнились в «верности курса», в том, что ими руководит исключительно благо, а не внушения духа, ненавидящего не только христианские идеалы Розы Мира, но и презирающего человека как такового. Сомнения ещё робкие, колеблющиеся, но они появились и будут лишь нарастать до момента, когда придётся совершить окончательный выбор уже на уровне сознания. Также последствием события стало то, что человекоорудия рм-демона начали периодически как бы терять свои маски, начала обнажаться, помимо их воли, подлинная природа духа, которым они пленены и кому безропотно служат столько лет; его лицо стало проступать уже в стиле, а не только в смысле того, что пишут и делают эти люди на рм-форумах.

В результате, у левого крыла появился шанс выйти из-под опеки демона, что могло нанести страшный ущерб всей, в течение стольких лет ткущейся матрице квазиэгрегора. Восстанавливать её пришлось бы очень долго и трудно, если вообще возможно. Я могу только догадываться, какие внутренние противоречия и сомнения пришлось вынести тем, от кого зависел стратегический выбор. Начало меняться отношение и к нашему ресурсу со стороны левого крыла; по инициативе админа этого рм-форума состоялась наша личная переписка. Дискуссия вокруг «Искушения трактатом»1 была последней каплей, после которой мог быть сделан уже определяющий шаг. Это эссе касается некоторых запретных тем, духовных узлов родонизма; усомниться в них – значит покуситься на всю сеть, на всю конструкцию, на те невербальные «пробки», на которых она держится в человеческих душах и через которые устанавливается основной канал инвольтации. Сделать явными эти «пробки» – одна из главных задач моей работы.

Показательны и фон «настороженно-колеблющейся линии партии», и ход дискуссии, начиная с мгновенной и крайне агрессивной реакции заслуженного «рм-вожатого» и «а мне понравилось!»,  упавшего как снег на голову из уст админа форума, до момента, когда прозвучал голос самого прародителя родонизма через одного из своих идеологов. Это был переломный момент, момент истины. Затем началось обычное – грубость и переход на личность с предмета дискуссии. Грустно и поучительно видеть, как админ форума был вынужден подчиниться среде, как по ходу диспута менялся его тон. Всё пошло по накатанной, описывать это неинтересно. Интересно другое: админ этого форума никогда не являлся проводником доктрины родонизма, но в силу своеобразных обстоятельств появления форума (его прямого наследования первому очагу родонизма в Сети) стал заложником «семьи» форума. Схожую ситуацию мне доводилось видеть в армейской среде, когда комвзвода становился безвольным заложником дедовщины. Шанс освободиться был, но он упущен. Видимо, форумом придётся теперь пожертвовать, но это лучше, чем продолжать поддерживать квазиэгрегор на плаву и питать его конструктора.

Впрочем, квази-рм-эгрегор лишился главного козыря – мистической идентификации с Розой Мира; он будет постепенно терять силу и привлекательность, вырождаться и рассыпаться. Утверждаю и подчёркиваю вновь, что этот процесс теперь стал необратимым. Где, в каких формах и под какой вывеской после окончательного распада в Сети своей нынешней матрицы и угасания рм-форумной жизни вновь вылезет в мир демон родонизма, предугадать почти невозможно. Ясно одно, что вылезет обязательно, усовершенствует и в новом качестве использует сегодняшние наработки. Так, периодически замирая, порой на целое десятилетие, развивался в XIX столетии и входил в разум дух коммунистической доктрины, пока не охватил в следующем веке своими метастазами чуть ли не всю планету.

Я вкратце описал лишь один знаковый форумный эпизод. А им несть числа: достаточно пролистать историю рм-форумов, чтобы убедиться в независимости от человеческих сознаний реакции демона родонизма, когда кто-то заговорит о том, над чем и задумываться – категорически запрещено. Стоит, например, начать задавать вопросы о правомерности по отношению к форумам государственных аналогий и государственной риторики, а это один из сильнейших катализаторов вражды, – и реакция среды не заставит себя ждать. Люди начинают буквально метаться в поисках обвинений: абсурд будет городиться на абсурд, каждое лыко полезет в строку, лишь бы заглушить шумом не столько смысл сказанного, сколько самого говорящего, нарисовать такой его «портрет», от одного «ника» которого будет потом шарахаться читатель. Расчёт элементарен: никто не станет разбираться в паутине форумных веток, сделают вывод, что «нет дыма без огня». Используется старый, как мир, но безотказный рецепт: «лги, лги, что-нибудь да прилипнет». Ни безосновательность обвинений, ни то, что одно обвинение сводит на нет другое, ничто не останавливает: главное, чтоб никто не успел отдышаться и усомниться.2 Складывается впечатление какой-то судороги, какого-то защитного жара и бреда, инстинктивно охватывающих единый организм, в котором каждая клетка «не ведает что творит», но все вдруг творят одно и то же по неосознаваемой ими команде. Люди чувствуют, как их кто-то мучает, кто-то пытается лишить их свободы, но видят причину своих мучений лишь в том, на кого указывает сам мучитель и в ком он видит угрозу своей тайне.

Существуют целые пласты тем, негласно запретных на рм-форумах: это в первую очередь всё, что касается источников пищи тёмного инспиратора (ни один из этих источников нельзя подвергать ни критике, ни осмыслению, ни тем паче пытаться его устранить); это всё, что обнажает подражательный характер и рассудочный стиль родонизма, и всё, что касается ложного структурирования времени: любая попытка внести в эту среду качественное начало, любой разговор о том, что из форума можно сделать произведение искусства, встретит ничем внешне не спровоцированную агрессию и вызовет потоки брани на голову говорящего. Также недопустимо покушаться на мировоззрение сужающегося конуса и угрожать перспективой содержательного единства в рм-поле, а не дальнейшим его дроблением и противопоставлением рм-группировок друг другу. Интегрально – под запретом находится любое проявление творческого начала, в каких бы формах или жанрах оно себя ни обнаружило. Но испиши хоть сотню томов характерными примерами и доказательными аргументами, никого они не убедят и никому ничего не докажут. Убеждает нас другое – жизнь и судьба. Предоставим им давать нам уроки. Автору же остаётся сделать горький вывод об издевательской независимости родонизма от человеческой свободы и продолжить анализ этого явления.

 

При максимальном формальном сходстве максимально фальсифицировать внутреннее содержание подлинника – это магистральная линия всех демонических вторжений, и ради этого дьявольское является в одеждах божественного. Но роковым для фальсификатора образом он сам оказывается под воздействием собственного духа – и проступает, наконец, уже внешне природа внутреннего: форма начинает соответствовать содержанию. Это и есть суд времени – главный закон искусства, который обмануть можно лишь на короткой дистанции. Чем меньше по численности сообщество и чем значительнее духовное содержание подлинника, которое это сообщество фальсифицирует, тем быстрее происходит суд времени. А в интерактивной реальности этот процесс идёт с хорошим ускорением. Поэтому сетевое рм-сообщество очень недолговечно.

У каждого маленького демона есть свой хозяин, и цели хозяина могут лежать далеко за пределами разумения его «отпрыска», точно так же, как планы самого «отпрыска» недоступны его человекоорудиям. Для демона – всё, что не он, лишь средство. Как бы нам ни было обидно слово «человекоорудие», но именно так воспринимает нас демонический разум; а уж насколько мы сами становимся слепыми орудиями и почему – вопрос сущностного выбора для человека. Но чтобы делать духовный выбор более осознанно, нам нужно найти внутри себя ту соблазнительную «наживку», на которую нас ловят, а также постараться уяснить – зачем и кто.

Какое мертвенное слово – «человекоорудие»! Никакие грехи, никакие падения не могут быть настолько трагичными и беспросветными, как превращение личности в человекоорудие, в самом этом слове заключена поистине дьявольская издёвка над образом и подобием Божьим. И не принимает душа, не хочет верить, что перед нею уже не совсем человек... Видишь и не веришь увиденному: как может, в зависимости от каких-то неявных задач, от среды, где эти задачи надо решать, изменяться до неузнаваемости всё: ценностные приоритеты, этические оценки, идеологические взгляды, стиль речи, характер, темперамент, манера себя вести; причём эти превращения происходят мгновенно и каждая по отдельности субличность выглядит органично. Но стоит попробовать их состыковать друг с другом, как охватывает сначала растерянность, а потом какая-то немая остолбенелость: так живое существовать не сможет, это исключено не только психологически, но даже биологически! Такое впечатление, что в одночасье была заменена «программа» и новый вариант личности ничего не знает о предыдущем и не может себя с ним внутренне идентифицировать. Поэтому нет ни стыда, ни чувства вины за прошлые этапы: каждая программа работает внутри себя автономно и органично, система ведёт себя так, как нужно в данных условиях. Появятся другие задачи – будет установлена другая программа. Душа до последнего сопротивляется возникшему спонтанно и всё усиливающемуся чувству жути, и разум придумывает разные объяснения необъяснимому, пытается оживить неживое, увязать несвязанное и терпит одно поражение за другим. В единство человеческой личности не удаётся вплести эти молниеносные превращения: интеллигент не может в мановение ока становиться хамом, а хам – интеллигентом.3 Лишь знание о действительном и внешнем центре воли и его целях позволяет связать распадающиеся фрагменты в единую картину, более того, только так эту картину вообще можно воспринимать как имеющую хоть какой-то смысл, а не просто торжествующий хаос. Душа скорбит и убегает страшных выводов, но их заставляет делать само течение времени, иначе придётся признать, что перед тобою не душевный организм, но воплощённый абсурд, состоящий из случайных и нигде не стыкующихся между собою частей. И «человекоорудие» становится единственным словом, что даёт ключ к пониманию жуткого феномена. И какая бездонная жалость разверзается тогда! В ней можно пропасть, творчески выгореть… Чтобы перестать быть орудием, нужно себя этим орудием осознать, а это сродни чуду воскресения. Но милосердие выше справедливости и нет закона для солнца любви

Чем дольше я всматривался в серо-лиловую равнину родонизма, тем больше возникало у меня не только параллелей, но прямых аналогий с двумя другими демонами. Это демон, стоявший за папской теократией и вызвавший из бездны безрелигиозную эру как альтернативу себе. И дух русского коммунизма, создавший свою квазицерковь и раздувший до всемирной претензии ту идеологию, отравленными парами которой мы дышим теперь.[7]4 Постмодернизмом подвергается десакрализации не государственная власть как таковая, а вся жизнь человека, объявляется злом любая иерархия качеств. Сначала дух лжи проникает в подлинник и создаёт на него пародию (инквизицию, коммунизм, родонизм), а потом показывает миру «альтернативу». Гуманизм протестует не против «обезьяны христианства», а против самого христианства. Рыночный либерализм выдаёт капиталистическую модель за единственную альтернативу злу коммунизма, а на самом деле – находящуюся намного ниже в нравственном отношении и очень далёкую от христианских ценностей. Так и доктрина родонизма будет противопоставлять себя не лжи гуманизма, а его правде, дегуманизируя человека ещё больше и подменяя христианскую духовность «духовидческой концепцией». А в качестве альтернативы подсовывать суррогаты национальной мистики, как это делал в истории немецкий национал-социализм (например, какое-нибудь «вероисповедание россианства»5 и т.п.). Формула Константина Леонтьева «социализм-самодержавие-мистика» станет лозунгом левого крыла родонизма и противопоставит себя его постмодернистскому крылу. Модель нынешнего квази-рм-эгрегора войдёт в эту конструкцию так же, как игрушечная модель корабля входит в настоящий корабль – невербально.



1 См. приложение [1].

2 Я однажды привёл выдержки из таких странных текстов, где один и тот же человек противоречит себе буквально в каждой строке (см. «Замысел, акценты, структура») и в упор не замечает этого. Никогда бы я не хотел больше сталкиваться ни с чем подобным, с чем довелось мне столкнуться так близко на рм-форумах, и видеть, как в общем-то незлые люди  на ровном месте превращаются в озлобленных одержимых.

3 Дмитрий Лихачёв говорил, что интеллигентность это единственное, что нельзя сымитировать.

4 См. в  приложении о книге «Достоевский и последующие» и вновь об Эпштейне.