Модель Розы Мира в Сети. Культурный поиск | Библиотека и фонотека Воздушного Замка – читать или скачать

Роза Мира и новое религиозное сознание

Поиск по всем сайтам портала

Библиотека и фонотека

Воздушного Замка

Модель Розы Мира в Сети. Культурный поиск

Автор: 

 

VIII-2

Модель Розы Мира в Сети.

Культурный Поиск.

 


Могут прийти времена ужаса и величайших бедствий. Но если бывает счастье и в беде, то оно может быть только духовным – обращённым назад, чтобы спасти культуру прошлого, обращённым вперёд, чтобы с бодрой весёлостью представлять Дух в эпоху, которая иначе целиком оказалась бы во власти материи.

Герман Гессе (Игра в бисер)

 


Если не вдаваться сейчас в разграничение понятий культуры и цивилизации, то можно сказать, что культура есть не что иное, как общий объём творчества человечества. Если же творчество – высшая, драгоценнейшая и священнейшая способность человека, проявление им божественной прерогативы его духа, то нет на земле и не может быть ничего драгоценнее и священнее культуры, и тем драгоценнее, чем духовнее данный культурный слой, данная культурная область, данное творение.

Даниил Андреев

(Роза Мира Кн1., Гл.2)

 

 

Если кто-то из рм-форумчан, вопреки моему пессимизму, дочитал книгу до сих пор, я обращаюсь к вам. Я буду превратно истолкован, понят буквально навыворот, если в моей книге увидят критику личностей: на такую критику у меня нет никакого права, никто меня на неё не уполномочивал и о ней не просил, такая критика движима злым чувством и ложным самомнением – это навешивание ярлыков и кличек, занятие бессмысленное и бездарное. Я критикую идеи и обличаю тот дух, что стоит за родонизмом, а не людей, временно подпавших под его обольщение. Люди освободятся и станут мудрее, на то они и люди, а не винтики в идеологической машине. И мы пожмём друг другу руки как старые друзья, съевшие вместе хорошую порцию соли жизни. Время относительно – мы вместе едем в сумасшедшем поезде истории, а полустанки наших дат, рождений и смертей мелькают за окнами со скоростью света. Я вынес чувство благодарности ко всем, с кем свела меня судьба в рм-сообществе. Эти годы не прошли для меня даром, я многое пережил и понял именно благодаря общению с вами, каким бы горьким оно ни было эмпирически. В памяти всё высветляется и наполняется смыслом. Спасибо вам за бесценный опыт, за внутреннюю работу с глубокими и многогранными вопросами. Верю, что и меня вы когда-нибудь помянете добрым словом или незлым забвением.

Нет у меня готовых рецептов, я лишь делюсь теми идеями, что мне представляются важными. Поклонникам Андреева, на мой взгляд, стоит открывать в Сети либо авторские проекты, либо клубы, посвящённые вестничеству в культуре, русской религиозной философии, христианской мистике, межрелигиозному диалогу, диалогу культуры и религии, религии и науки и т.д. В любом случае, имя Даниила Андреева не должно стоять над другими великими именами. Это претит не только творцу, вестнику и поэту Андрееву, но всему его человеческому складу, разрушает обаяние его личности и работает на дискредитацию его творчества, даёт убийственные козыри его врагам и хулителям. Выносящие Даниила Андреева из культурного контекста выносят труп. И мумифицируя его, превращают в идола, вокруг которого хотят создать братство, но создают лишь скуку, порождающую только вражду.

Самое радостное у Даниила Андреева – это чувствование им исторического, культурного и религиозного как целостного потока духовности. Только в перекличке с другими вестниками и творцами раскрывается его дух, но он уходит от нас, стоит только попытаться поставить его над его друзьями сердца. А в освободившуюся пустоту вторгается его антипод и, соблазняя духовным успокоением, сеет ложь и распад. Он уповает на методологию на пути к истине, но вместо истины окунает душу в безвоздушное пространство обезличивающих абстракций; искушая объективным знанием, заставляет бегать в бесконечном колесе «метаспекуляций».

Подлинной моделью Розы Мира в Сети станут не рм-сайты, но творческие проекты, способные к плодотворному общению и к созиданию диалога как ансамбля. Для возникновения такого ансамбля необходима совершенно иная атмосфера, чем может порождать замкнутое на себе сообщество. Это должна быть атмосфера искренней заинтересованности и глубокой отзывчивости на творчество других. Содержательное наполнение интерактивного пространства должно стать альтернативой разговорам по кругу. Многообразие путей в культуре служит целому. Нельзя всё втиснуть в одну книгу, одну мировоззренческую систему – это стремление разрушительное.

Постепенно меняется отношение людей к Сети: появление в ней оригинальных проектов помогает людям воспринимать каждый из них как самостоятельное произведение искусства, со своим уникальным содержанием. Безвозвратно уходит время и претензия, когда всё хотели вместить в один большой рм-ресурс. Не избежал этого соблазна и я, когда писал статью «Дух и буква»: в ней я ещё уповал на интеграцию рм-сайтов, на создание рм-сети. Это тупиковый путь – путь сужающегося конуса, который, упёршись в верхнюю точку, распадается на подобные себе, но враждебные друг другу осколки. Замкнутый круг. И выход из него можно найти только вне его.

Придёт и осознание необходимости выстраивать сеть из дружественных, но автономных ресурсов. Эта сеть не будет иметь вывески «Клуб друзей Розы Мира Даниила Андреева», но будет розамирской по духу, по своему содержанию и атмосфере. Это дело будущего. А пока нужно приветствовать рождение новых интересных сайтов и не бояться, что размножение их приведёт к оскудению содержания. В культуре творцы обогащают и дополняют, а не обедняют и вытесняют друг друга. Это движение к полноте, а не к обеднению. Это расширяющийся конус. Всё будет в порядке на рм-грядке, когда мы перестанем раздувать щёки. Нужно поддерживать свободную циркуляцию читателей и авторов между ресурсами (пока же её стараются всячески блокировать, не гнушаясь, увы, ни клеветой, ни подлостью). Свободу выбора даёт только качество проектов, а не административное устройство одного форума, который должен поглотить все остальные и сделать невозможным появление новых конкурентов (демоническое внушение в чистом виде).

Главное и пока единственное достижение в сетевом рм-поле – завершённость внутреннего выбора. Какая-то из развилок должна была стать последней. Судьбу ресурсов, не пожелавших или не сумевших освободиться от инспирации демона родонизма, предугадать не составляет уже большого труда – это будет инерция стиля. Мотор заглох. Перспектив в культуре у этой среды нет никаких: инспиратор рм-гордыни породил в Сети вокруг имени Даниила Андреева ту атмосферу, что автоматически отбрасывает от рм-поля всё творческое и духовно близкое Розе Мира. Он уже к другим игрушкам примеривается. Слой антикосмоса ему подарили не для рм-форумов, они нужны были, чтоб обучить его первичным навыкам речи; претензия же доктрины родонизма глобальная. Но в наших силах и с Божьей Помощью сделать так, чтобы эта претензия оставалась только претензией. Любой наш выбор может стать решающим на таких весах. Глубокий морок прошёл. Освобождение уже свершилось, дальнейшее рабство – добровольное рабство. Наши лица, искажённые зеркалами квазиэгрегора, станут теперь освобождаться от карикатурных черт. Мы вновь увидим друг в друге людей, а не ходячие схемы. Появится интерес к содержательному творчеству – и мы начнём учиться судить по нему, а не по биркам, методично навешивавшимся на нас столько лет. Всё дальнейшее зависит от вектора нашей свободы.

Нужно создавать в Сети открытое культурное сообщество, в котором творческим людям захочется быть. Я вижу такие потенции интерактивного пространства, такое безумно широкое поле для творчества, что дух захватывает! Пока мало кто чувствует мистериальность новой среды.1 Я пишу об этом в своих эссе, но то, что я пишу, лишь бедное эхо того, что я слышу и что будет. Ещё почти нет людей, кто готов вкладывать в новое искусство душу и время. Но всё придёт – и станет прорывом! Это будет поистине соборным творчеством новой эпохи. Отчасти – как отдалённое предчувствие – это описанная Германом Гессе «Игра в бисер», но наполненная не только перекличками старых мастеров, жанров и дисциплин, как в Касталии. Это будут живые переклички, интерактивные взаимосвязи, ставшие искусством: ни пространство, ни время не смогут быть непреодолимой преградой.2 Индивидуальное получит новый импульс и раскроется во всей полноте в соборном. Это будет религиозно и мистически наполненное творчество. Демоны уже могут создавать «виртуальные домики» в Сети и проникать в наш мир. Но это примитивное начало, творчески скудное, потому и проявляется оно быстрее. Со временем же в Сети вырастут целые города, дворцы и храмы для наших подлинных друзей сердца. И это будет так весело!

 

Чем беднее творчество, тем слабее вклад интерактивного случая, вплоть до автоматизма на самых низших ступенях бытия. Только расширение и углубление любви раскрывает дополнительную степень творческой свободы. Нарушение этой иерархии ведёт к непоправимым внутренним искажениям, к высыханию жизни. Роза Мира – это Поэзия Мира. А родонизм – её энтропия; это объективация поэзии, торжество буржуазного духа над духом творящим. Ныне происходит тектонический сдвиг в человечестве. Всё смешалось в каком-то тумане, всё девальвировалось от смешения. Мы живём во времена девальвации эроса. Девальвация эроса приводит к девальвации слова. И первой на этой войне погибает высшая, нелинейная форма речи, предназначенная для творчества сложнейших и тончайших метафор нашего бытия. Это сопротивление инерционной среды творческой силе будущего. Это противление воле Бога в конечном итоге, а такое противление всегда демонично. Отсюда и мода на демоническое в современном искусстве. Из глубин духа эта мода выбрасывается на поверхность, вульгаризируется и разливается вширь. Гуманистический тип человека самый поверхностный из всех. Освобождаясь от духовной иерархии, гуманистический человек пришёл к тотальной обусловленности своего бытия стихиями мира сего. Разуверившись в Высшем Смысле, он уверовал в собственные абстракции.

В новой эпохе, преодолевающей гуманизм, искусство становится невозможным в прежнем качестве – как автономная сфера. Этот процесс затрагивает не только художество, но философию и даже науку. Только в синтезе с другими жанрами, объединёнными общим религиозно-философским замыслом, будет отныне раскрываться индивидуальное творчество. Автономный эрос уже не устоит на ногах. Энергия творческого эроса без религиозного осмысления выбрасывается вовне и вырождается. Эмансипация от религии исчерпала своё поступательное движение. Новых великих открытий и новых «земель» на этом пути не осталось. Теперь только в Высь. Но эта Высь – соборная.

Мы пока видим лишь умирание старого и не различаем в нём ростков нового, а если встречаем их, то не можем ни узнать, ни оценить. Но сущностный выбор человечество всегда совершает в тишине творческих лабораторий, а не на митингах и стадионах. Поэзия нового мира зарождается в диалоге жанров, в синтезе религии, искусства, науки и философии. Не отдельное культурное растение, не отдельный вид-жанр, как было в период гуманизма, но роща в целом – вот произведение нового искусства. Феномен нового искусства становится  соборной мистерией, в которой раскрываются ансамблевые взаимосвязи и авторов, и жанров, и времён. Новая культура – это культура контекстов. Индивидуальный текст в такой культурной парадигме может быть рождён и прочтён только в контексте соборного целого.

Так пришла к нам идея сетевого проекта «Воздушный Замок». Такая идея не может ни зародиться, ни развиваться как чей-то индивидуальный замысел. Новое искусство – это процесс, а не результат; это диалог, а не монолог; ансамбль, а не соло. Созидая сообща пусть небольшой, пусть виртуальный проект, но имеющий своё содержание в целом, своё уникальное лицо, мы чему-то очень важному учимся. И учимся мы не только общению, но умению работать в открытой системе и с открытыми системами. Я не раз ловил себя на чувстве, что это игра взрослых детей, но духовный опыт, приобретаемый в ней, имеет значение не только для нашей текущей жизни и нашего пространства. Может, я преувеличиваю, но играть в эту игру творчески радостно, а это вернейший признак того, что в игре есть смысл, выходящий за её рамки.

*

Привожу отрывок из моего письма к одному из соавторов Воздушного Замка: «…Сама тема «забыл, усомнился» – тема вечная, со времён апостола Петра ­– глубинно-сущностная. В присланной тобою главе есть пронзительные слова: «Моя несчастная жизнь изменится? Или все будет так, как с моей повестью о Браме? То есть, ничего не будет.» Это и моя былая и долгие годы длившаяся боль. Так что не со стороны буду я сейчас рассуждать, но изнутри. А что ты (твой лирический герой) хотел от повести, каких результатов? Признания, славы, тиражей, сотен тысяч читателей? Сие невозможно по глобальным причинам, не в тебе и не в твоей повести тут дело.

Время сугубо индивидуального в литературе закончилось. Наше поколение живёт на сломе тысячелетий и на стыке двух глобальных эпох. Судьба насколько трагическая в социуме, настолько интересная в творчестве. Ладно, оставим пока глобальные соображения, а поговорим о судьбе только этой твоей повести. Что значит «ничего не будет»? Твоя повесть уже вошла органичной, знаковой и значимой частью в целое нашего проекта. Без неё уже невозможно представить содержания Замка. Разве этого мало? Ты, пока писал повесть, много нового для себя открыл, многое понял глубже, многому научился, это путешествие стало для тебя большим внутренним событием. Таким же событием стало путешествие в твою книгу и для твоих читателей, пусть пока немногих… .многих.игу кий герой) «немногих, но верных друзей, друзей неуклончиво строгих в соблазнах изменчивых дней…»3 Количеством ли такое измеряется?

У кого из писателей сейчас мы найдём внешний успех? Про Донцову и КО не говорим – там всё лихо закручено и сколочено намертво, как дубовый с кистями. Но хочется ли быть таким, как, скажем, Акунин или Пелевин? Тогда надо плавать на другой глубине, писать на другие темы и для другой аудитории, но стоит ли цена награды? А в нашем поколении – кого назвать? Разве что Дмитрий Быков? Но это то исключение, что подтверждает правило. Да и с Быковым всё непросто, тоже там ведь «цена» своя есть. А тысячи и тысячи пишущих в Сети – этот феномен о чём-то да говорит? Кто осилит эту, даже отобранную редакцией того или иного сайта словесную массу? И какими «удачниками» в этом всём можно быть? Если мы с тобою не принимаем и уже не сможем принять тех ценностей, что правят нынешним обществом, самого этого общества, построенного на таких ценностях, то сетовать, что ты в такой среде лузер и отщепенец, так же странно, как сетовать на «неудачную жизнь» в катакомбах сталинизма и гитлеризма. Не принимая самого общественного устройства и его ценностей, не абсурдно ли бояться оказаться в нём неудачником? К слову, сейчас разделение на «неудачников» и «удачников» такое же мощнейшее идеологическое давление на психику, как в былых диктатурах разделение людей по партийному принципу.

Быть «удачником» в этом воздухе, может статься, намного хуже, чем неудачником. Хуже – не только с точки зрения вечности, но даже времени: любая удача здесь может обернуться через два-три десятилетия несмываемым позором, а неудача стать самой большой удачей. Мы всё это понимаем и принимаем, когда речь идёт о прошлом и о других судьбах, но как касается нас лично, то хотим и на ёлку залезть, и свою любимую не очень попортить. Обеспокоить, пожалуй, но не сильно, а если сильно, то чтоб всем видно было и чтобы наш литературный героизм принёс нам хотя какие-то побрякушки. Но главное, что мы порою не верим в ценность и нужность того, что мы делаем. Этот страх, что всё останется втуне, разъедает душу. Но в нашем творчестве заинтересованы добрые силы и ждут от нас совсем не социальных удач, но реализации Дара, осуществления своей судьбы. Мы, маловеры, не принимаем в расчёт заветов Христа: «Заботьтесь о главном, остальное приложится.» Как это, когда? Нечего нам ждать признания и успеха – как индивидуальных писателей. Это время ушло навсегда. И в его уходе есть великое благо.

Будущее за проектами, ставшими в своём соборном целом произведениями нового искусства, феноменами новой культуры, синтезом жанров и синтезом коллективного и индивидуального творчества. И только внутри таких проектов сможет теперь по-настоящему раскрываться творческая личность. Главное, чтобы ты услышал слово Замысла к тебе, чтобы начался у тебя диалог с Ним напрямую, без посредников. Тогда ничего не надо будет объяснять, ты сам увидишь, какая это славная удача – творить новое слово, новое искусство, сотворить тому великому Процессу, что мы вслед за Даниилом Андреевым называем «Розой Мира». Коллективные проекты – со своим лицом, своим замыслом, своим содержанием – это островки новой эпохи. Связи между ними соткут ткань будущего. Твоя повесть влилась в соборную Душу Замысла – встреча произошла.

Ты уже состоялся как художник и призван Розой Мира, и служишь в одном из её театров. Одна глава в нашей интерактивной книге тобою написана и сыграна и никем, кроме тебя, ни написана, ни сыграна быть не могла, а без этой главы нет целого. И раз почувствовав это, я уже никогда не променяю счастье чувствовать так ни на какой внешний успех. Муки невостребованности знакомы многим и многим в нашем поколении, ни я, ни ты здесь не исключение: те же унижения, то же непонимание окружающих, те же внутренние кризисы и т.д. Но всё вдруг разрешилось для меня, всё стало наполнено смыслом… Я писал заметку «Пионеры-неудачники» для всех нас, талантливых, сорока- и пятидесятилетних «неудачников». Не могло по судьбе у нас быть иначе: если б мы реализовались как литераторы и художники в социуме (пусть не ценою предательства, но только мастерством и везением), то кто бы стал строить «воздушные замки»? кто бы задумался о новом искусстве? кто бы пустился в это путешествие? Что бы осталось в Сети? Нас вела сквозь годы и поражения Роза Мира – и вот мы встретились, чтобы помогать друг другу узнавать в себе и в небе её ласточек. Разве мы неудачники?

Социальная действительность относительна, как всё внешнее, и всё зависит только от того, насколько наш диалог с судьбой состоялся. Я видел разорванные нити, отрезки жизни, мало чем связанные между собою, пока… Пока ткань времени не сомкнулась. Встреча произошла на самом дне моего отчаяния и за несколько лет до появления портала «Воздушный Замок». Это было пробуждением памяти будущего во мне. Внешне ничего не поменялось, но всё изменилось внутри меня самого. Ни на какие лавры, ни на какие толпы я это счастье никогда не променяю. Придут и новые кризисы, и новые сомнения, волны энтропии будут подкатывать под сердце: мы остаёмся людьми, и мир сей – наш выбор и путь. Но это уже совсем другого уровня кризисы и другого качества сомнения. А сомнения, связанные с делёжкой социального пирога и местом за этим плоским столом, становятся нелепы, как детские страхи в тёмном коридоре, достаточно включить свет. Всё должно свершится внутри, а вовне – дело десятое, не наша забота, не о том мы должны думать и не для этих дрязг мы отправились в путь. Поверь, это не резонёрство, не утешение, но радость, выстраданная неверием. Мы же с тобой в одной лодке – значит, что есть у меня, то есть и у тебя, надо только увидеть это. Нужно напрямую войти в диалог с Замыслом, почувствовать его Душу. И она сама тебе всё расскажет…»

*

Немногие воспринимают сейчас сетевые ресурсы как произведения искусства. Отсюда такое утилитарное отношение к интернету: посидеть, поговорить, познакомиться, опубликоваться... Но это действительно непривычная среда и с очень большими возможностями, которых не было ни в одной известной культурной материи, включая кино- и телевизионные носители. Если даже такой краткосрочный феномен, как «магнитофонная культура», состоялся и внёс свой вклад в духовное развитие общества, то «сетевая культура» ещё только зарождается, но потенции у неё поистине всемирные.

Как только люди в быту попривыкнут к этой новой среде, так бытовой материал наиболее творчески одарённые натуры станут претворять в искусство. Так было всегда, начиная с наскальной живописи и кончая кинолентой. Так будет и с интернет-пространством. И тогда каждый проект, находящийся в культурном поле Сети, станет восприниматься как феномен искусства, как фильм или спектакль. А это уже совсем другое отношение – иные приоритеты в восприятии. Станет ценным прежде всего содержание ресурса в целом, его эстетическое и духовное наполнение. И это будет культурным обнаружением новой эпохи. Путь к нему мы назвали «Культурным Поиском».

Сверхзадача Культурного Поиска – вырастить сеть, в которой каждый затерянный огонёк найдёт свою нишу, свой отклик, обогатится через общение и войдёт неповторимой частью в Целое. В такой сети не надо продираться сквозь дебри пустоты, как в глобальных поисковиках, чтобы найти близкое по духу. Это будет самоорганизующийся организм новой культуры.

Культурный Поиск – это структурирование времени творческими взаимосвязями. Это сетевой проект, и запустить его можно только коллективными усилиями. Категория КУЛЬТУРНЫЙ ПОИСК в интерактивной части портала «Воздушный Замок» является первым фракталом такой сети. Нельзя было начинать её построение с технических устройств, облегчающих жизнь. Жизнь как раз противится такому облегчению и заставляет идти трудным и медленным путём – выращивать фрактал за фракталом на человеческом и содержательном планах. Сначала в рамках одного ресурса, затем, привлекая дружественные сайты, открывать новые возможности.

Интернет начал структурироваться, и его структурирование идёт параллельными потоками, но как любое структурирование хаоса – неизбежно. Глобализация мира может иметь полярное внутреннее содержание. Да, мы хотим творить модель Розы Мира в интернете. Диалог как ансамбль становится в ней системообразующим принципом, принципом дополнительности.

Люди, общаясь, обогащают и себя, и мир, если их диалог становится искусством общения. Как художник не может заранее запланировать свой путь, и каждая картина, симфония, поэма – лишь символы и вехи самопознания; так невозможно запланировать и Культурный Поиск. Можно, услышав призыв, начать движение, интуитивно идти шаг за шагом… Мир знает много великих традиций, учений и концепций. Но мир ещё не знает их состоявшегося диалога, их ансамбля. Модель такого диалога-ансамбля в Сети и есть Культурный Поиск.

Искусство – это объёмное, многовариантное моделирование реальности. Интернет даёт нам возможность создавать новые жанры искусства – сначала внутри того или иного проекта, потом в диалоге проектов. Это интерактивный прорыв в искусстве, которого не знали прошлые эпохи. Это возможность полифонического творчества в параллельных потоках времени. Это возможность невиданного синтеза индивидуальных и коллективных жанров. Это мистерия искусств и перекличка сердец сквозь времена и пространства.

Чтобы начать путь, нужно прозревать его цель. Но только сам путь, сам живой процесс создаст эту цель в реальности. Нужно решиться на первый шаг... Культурный Поиск – это установка воли. Как книга не является продуктом типографских технологий, бумагоделательного производства, издательского ремесла, грамматики, правил стихосложения, эстетических норм, философских понятий и т.д. – всё это входит в процесс материализации книги, но сама книга – это установка воли, обнаруживающая себя в духовном опыте. Книга – это лес.

Культурный Поиск – это воля архитектурного ансамбля. Это созерцание ансамбля, в котором каждый объект и каждый строитель незаменим и неповторим, но его творческая самореализация не является произвольной, оторванной от общего Замысла и раскрывается лишь в диалоге с другими зданиями и строителями. Такая воля не может быть абстрактной и умозрительной, это первичная жизненная интуиция, формирующая новое религиозное сознание. Для такого сознания всё, что происходит в мире, является символом духовной первореальности. Это сознание не коллективистское и не индивидуалистическое, но соборное и личностное. Для такого сознания раскрытие личного дара невозможно в отрыве и в изоляции от соборного Замысла. Это сознание можно назвать «мистическим реализмом»: оно провидит смысл исторических и культурных процессов в единстве космического Целого, в мистериальном диалоге Творца и творения.

Культурный Поиск – главный вектор новой эпохи. Это искусство, выходящее за рамки только искусства. Это установка воли, направленная от утилитаризма безрелигиозной цивилизации к сотворческому общению с Природой. Изолированные друг от друга культурные и религиозные феномены бессильны противостоять бездуховной глобализации мира, торжеству усреднения, ведущему к тотальной вражде и последнему распаду. Только в творческом диалоге культур и вер возможен их великий расцвет. Культурный Поиск – это становление личного дара в ансамбле и перекличке даров.


14 февраля 2013г




1 И её мистическую реальность.

2 «Мы встретимся – теперь!» Афанасий Фет.

3 Стихи Петра Андреевича Вяземского.